Про снек история очень трагическая. Трагическая – это значит, что в конце все умирают, а дорогой читатель плачет навзрыд, размазывает сопли по всей поверхности своей читательской физиономии и окружающим предметам, валяется на полу в приступе отчаяния, изыскивает своими головными мозгами какой-нибудь более-менее величественный способ покончить с собой, но не находит, ибо всё ему кажется ничтожным и недостойным, и от этого ему ещё хуже, он стонет и воет и клянётся изо всех сил, что больше никогда-никогда не будет читать таких грустных произведений. А ведь говорили, предупреждали: история очень трагическая! Такая, что просто вообще ни в какие ворота. Но нет, так и лезут на рожон: а может таки пронесёт, может пошутил автор? Какие тут шутки, я извиняюсь?.. Не до шуток нынче авторам. Да и вообще, можно ли шутить про снек? Про него можно только причитать и сокрушаться. Так все делают, потому что таковы правила. Так записано, и так будет.
Всё, конец. Все умерли. Рыдай, читатель.
Всё, конец. Все умерли. Рыдай, читатель.